КОСЫ

В мире,

чёрном,

как Квадрат Малевича,

и закрученном

в спирали

Архимедовы,

помнят косы

юношеско-девичьи

про седины

бабовы

и дедовы.

 

Осени растрёпанными прядями

да плодами

сладостно-запретными

косы

в изморозь ноябрьскую

падали,

скошенные

войнами

да бедами.

 

И в грязи,

оплёваны,

повержены,

пагодою,

памятью

да патокой,

превращались косы

в воды вешние

и в моря текли

холодной радугой.

 

А оттуда,

испаряясь к облаку

дождевой лавиной

тёмно-стынущей,

из-под неба,

войнами расколотого,

опадали

снежными

сединами,

 

но хранили память

болью

бронзовой,

словно -

по углям

ногами босыми, -

стариков серебряные проседи, -

что когда-то были -

просто

косами.